Как вообще происходит осознание личной неудачи? Покопайтесь в собственном опыте, чтобы понять, как именно вы узнаете о своих недостатках. Слушаетесь ли вы чужих голосов, которые сообщают вам о том, хороши вы или плохи, правы или неправы? Или ваш собственный внутренний голос говорит вам, что вы “недотягиваете”? Такой анализ поможет вам понять, насколько это важно – позволить ребенку развить своё собственное ощущение неудачи и успеха, смысла, интереса и ценности происходящего.

Мы с ранних лет – порой кривя душой – хвалим ребенка, чтобы побудить его вести себя так, как мы хотим. А когда исследование жизни подталкивает ребенка к поступкам, которых мы не одобряем, часто лишаем его своей эмоциональной поддержки. Ребенок очень быстро начинает понимать, как оценивает его поведение взрослый. Тут-то как раз все просто. Малыш рано узнает, что мы хотим, чтобы он рисовал на бумаге, а не на обоях, позднее – что нам нравится или не нравится его одежда, музыка, друзья, манеры и так далее. Все это ребенку ясно вполне. А вот что действительно сбивает многих детей с толку, так это то, что им не дают возможности понять, что же нравится или не нравится им самим, что может целиком завладеть их любопытством и энергией. Взрослые редко дают ребенку возможность осознать, что для него означает неудача, поэтому многие дети, повзрослев, так и не успевают понять, в чем суть успеха.

Забавно, но именно те, кто добивается в жизни многого, привыкли оценивать свои успехи или неудачи только по внешним признакам – школьным отметкам, достижениям в работе, доходу. Увы, те, кто слишком хорошо поняли, как добиваться внешних признаков успеха, могут так никогда и не узнать, в чем же состоит внутреннее воздаяние. Обучаясь ценить внешние проявления успеха, мы рискуем так никогда и не испытать счастья. А вот те дети, которые терпят неудачи, получают возможность выяснить, какие же внутренние качества делают их счастливыми – ведь внешних атрибутов успеха они не видят. Но неужели ребенку, для того чтобы понять, что такое счастье, так уж необходимо проходить через сито заранее предписанных понятий об успехе и провале, получать внешние награды и терпеть внешние же неудачи?

Дети, если предоставить им возможность самостоятельно исследовать мир, способны обнаружить свои пристрастия – те виды деятельности, которые позволят в полной мере проявиться их жизненной энергии. Это проявление мощное, убедительное, творческое и – стоит ли удивляться – счастливое. Что за поразительная штука – счастливый ребенок! Почему мы мешаем этому? Почему мы считаем себя вправе становиться посредниками между другим существом и его собственным сердцем? Ну да, они – дети, а потому мы можем делать это, если считаем нужным. Мы больше, сильнее и пути власти ведомы нам гораздо лучше. Но зачем мы берем влюбленных в жизнь детей и делаем из них взрослых, вынужденных искать счастья?

Если бы не вмешательство всесильных взрослых, которые определяют, что такое успех и неудача, которые настраивают детей друг против друга, заставляя их конкурировать в борьбе за воздаяния в виде внимания, похвал и статуса, то смысл неудачи для ребенка был бы совсем другим. Реакция среды обитания – это всего лишь одна составляющая неудачи; только один фактор, уравновешиваемый соображениями внутреннего характера, которые творческая душа ребенка страстно стремится понять.

Для влюбленного в жизнь ребенка неудача не является чем-то навязанным ему извне. Это нечто, связующее внутреннее стремление и внешний отклик в единое целое. Неудачу могут определять внешние факторы: неудавшийся опыт по химии, никем не понятая картина, отвергнутая попытка общения. Она может быть и явлением внутренним: утратой интереса к тому или иному замыслу, неспособностью освоить музыкальный инструмент или выразить себя в стихотворении. Но такая неудача не является поражением. Она не требует перемены образа поведения или достижения какого-то определенного результата. Понять, чем является для ребенка неудача, – это значит понять, что представляет собой сам ребенок. Ведь для этого нужно постичь значение и роль его интересов, приобретенных навыков и врожденных способностей применительно к его жизни. Неудача неразрывно связана с успехом – подлинным успехом целостной личности, а не набором приемлемых для общества правил поведения. Каждый ребенок, каждая личность жаждет найти эту целостность в себе и в своих отношениях с окружающим миром. Когда же эта потребность наталкивается на неодолимые препятствия, происходит разрушение души, после чего остается оболочка личности, сотканной из одних компромиссов, и пустое сердце.

Нам, взрослым, в свое время не предоставили возможности разобраться в своих глубинных детских устремлениях. Всё, чему мы научились, – это либо подчиняться, либо быть непослушными. Наше общественное лицо формировалось под влиянием поощрений и наказаний, присущих господствовавшей методике обучения и воспитания. Сегодня, когда мы, попробовав себя там и сям, докопались наконец до истины, открывшейся нашим разбитым сердцам, мы можем сделать одну простую вещь. Мы можем дать нынешним детям шанс заглянуть в свое сердце, понять его устремления и жить в соответствии с ними. Мы можем дать этим детям шанс терпеть неудачи и добиваться успеха исходя из своего собственного понимания, самим измерять внутреннюю и внешнюю реакцию на свои устремления. Это – возможность исцелить и наши разбитые сердца, собирая осколки в единое целое. Простое действие, состоящее в том, чтобы позволить детям просто быть, способно изменить самую суть образования.

Источник: Стивен Гаррисон “Счастливый ребенок”, психологический центр «Адалин»

Кризис трех лет – граница между ранним и дошкольным детством. Это разрушение, пересмотр старой системы социальных отношений, кризис выделения своего “Я”. Возрастание самостоятельности и активности, которые требуют от близких взрослых своевременной перестройки. Если же новые отношения с ребенком не складываются, его инициатива не поощряется, самостоятельность постоянно ограничивается (особенно в грубой форме и без предоставления альтернативного занятия) у ребенка возникают собственно кризисные явления, проявляющиеся в отношениях со взрослыми (и никогда со сверстниками).

8 характеристик кризиса:
1. Негативизм. Ребенок дает негативную реакцию не на само действие, а на требование или просьбу взрослого. Главный мотив – сделать наоборот иногда даже в ущерб своему желанию. Например, ребенок настаивает на показе ему мультиков, но стоит взрослому предложить это же – ребенок активно отказывается (часто рыдая при этом, так как сам не понимает, что происходит).
2. Упрямство. Это реакция ребенка, который настаивает на чем-то не потому, что ему этого очень хочется, а потому, что он сам об этом сказал взрослым, и требует, чтобы с его мнением считались. Его первоначальное решение определяет его дальнейшее поведение, и отказаться от него даже в изменившихся обстоятельствах ребенку чрезвычайно сложно.
3. Строптивость. Она направлена не против конкретного взрослого, а против всей сложившейся системы отношений, против принятых в семье норм воспитания. На все предложения окружающих ответ: “Да ну”.
4. Своеволие. Желание все делать самостоятельно, часто неадекватное возможностям. Например, завязывать шнурки или пойти самостоятельно домой и т. д.
5. Протест-бунт. Это когда конфликты со взрослыми становятся постоянными.
6. Деспотизм. Проявляется в семьях с единственным ребенком, особенно при чрезмерном потакании всем прихотям окружающими.
7. Ревность. В ситуации нескольких детей в семье. Та же тенденция к власти здесь выступает как источник ревнивого, нетерпимого отношения к другим детям, которые, по мнению ребенка, не имеют никаких прав в семье.
8. Обесценивание. Характеристика присущая всем переходным периодам. Обесценивается то, что было дорого, привычно, интересно раньше. Ребенок может начать ругаться (обесценивая старые правила поведения), отбросить или даже сломать любимую игрушку, предложенную не вовремя (обесценивание старых привязанностей к вещам) и т. д.

Все эти явления свидетельствуют о том, что у ребенка изменяется отношение к другим людям и к себе. Происходит психологическое отделение от близких людей. Вполне понятно, что первой реакцией большинства родителей на перечисленное выше поведение любимого чада становится раздражение и желание быстренько поставить не в меру самостоятельное, да и просто наглое существо “на место”.

Как ни странно, если понаблюдать за поведением взрослого в такой момент, то оно ничем не будет отличаться от поведения 3-хлетнего ребенка. То же желание настоять на своем, упрямство и ощущение собственной правоты. А в конфликте силы всегда побеждает тот, кто сильнее, вопрос какой ценой. Другая крайность, когда ребенку начинает позволяться все, лишь бы не плакал, отстал, любил и т. д.

Путь удачного сопровождения ребенка в этот довольно сложный для него период видимо где-то посередине. Но он требует как минимум способности взглянуть на ситуацию со стороны, вариативности мышления и навыков эмоциональной саморегуляции.

5 способов помочь ребенку преодолеть непростой период:
1. предоставить ребенку выбор
2. уважать его мнение
3. озвучивать переживания и чувства
4. не позволять делать того, что действительно нельзя (только перед этим обязательно показать, что вы его любите и понимаете: ” Перед обедом конфеты не едим! Понимаю, хочется съесть конфету, после обеда пожалуйста, а до обеда нет – такие правила”)
5. делать что-то еще, подходящее именно вашему ребенку.

Успешное прохождение этого периода очень важно, так как закладывается фундамент ваших отношений и в будущих кризисах (особенно подросткового возраста). Также в этом возрасте закладывается характер – независимость, самостоятельность в случае успешного прохождения кризиса и постоянные сомнения в противном случае.

Источник: психолог Елена Чудина, mother.ru

Детское воровство – явление нередкое, но тщательно скрываемое. В сознании большинства взрослых намертво спаяны две мифологемы: ребенок – невинный ангел, а воровство – примета криминального мира, для нормальных людей далекого и чуждого. Когда ребенок попадается на краже, родители обычно чувствуют себя совершенно растерянными. Одни при этом впадают в истерику, собираясь то ли застрелиться сами, то ли спустить всех собак на свое незадачливое чадо, другие предпочитают сделать вид, что ничего не произошло, потому что как реагировать – непонятно. Специалисты считают, что единственно правильной реакции на воровство не существует: она зависит от причин, по которым ребенок ворует.

Выделяют три основные причины детского воровства. Первая – это детская импульсивность. Ребенок может украсть просто потому, что это очень легко, а удержаться от соблазна, наоборот, трудно. Вторая причина – затруднения в общении с родителями. Некоторым детям кажется, что родители обращают на них мало внимания. Когда они присваивают себе их вещи или берут деньги, то это символический акт воссоединения с родителями, которые начали отдаляться. Третья причина – стремление самоутвердиться. Некоторые дети начинают воровать, чтобы не чувствовать своей неполноценности, чтобы убедить самих себя и окружающих в своей хитрости, ловкости, смелости.

Нельзя, но очень хочется
Самая распространенная причина воровства – это детская импульсивность. Всем маленьким детям тяжело контролировать свои желания. Если пятилетнему ребенку хочется взять пирожное, лежащее на столе, то единственное, что может его остановить, – страх наказания. Если же он уверен, что никто этого не заметит, бесполезно требовать от него проявления “сознательности”. Даже если он знает, что нельзя брать чужое, он может непроизвольно взять понравившуюся вещь.

Произвольное поведение, подчиненное внутренним социальным нормам, обычно формируется к 6-7 годам. Но у некоторых детей с этим возникают трудности. Обычно эти дети более подвижны и возбудимы, им трудно не только сдерживать свои желания, но и просто спокойно сидеть на уроке и внимательно слушать учителя.

Причиной импульсивности могут быть и серьезные психические отклонения (например, олигофрения), и особенности темперамента (повышенная активность), и временные невротические реакции на какие-либо психические травмы (развод родителей, переезд, поступление в школу).

Импульсивное воровство (“не мог удержаться”, “очень захотелось”) иногда путают с клептоманией. Это психическое заболевание, которое, в отличие от простого воровства, встречается крайне редко. По американской статистике среди взрослых воров клептоманы составляют около 5%, да и то примерно половина из них – симулянты. Среди детей случаи клептомании единичны.

Импульсивных детей необходимо строго контролировать и приучать к ответственности. Ребенок, даже импульсивный, никогда не совершит поступка, за которым немедленно последует наказание. Поэтому нельзя делать вид, что ничего не произошло, но не стоит и раздувать случившееся до масштабов вселенской катастрофы. Если ребенок взял что-то у сверстников или в чужой семье, то сама по себе процедура выяснения обстоятельств кражи (с участием потерпевших и их родителей), извинения и возвращения похищенного достаточно болезненна. Неприятное воспоминание, которое останется у ребенка от такого разбирательства, поможет ему в следующий раз удержаться от соблазна.

Бунт против одиночества
Мама 12-летнего Виталика обратилась к психологу-консультанту с очень деликатной проблемой. Уже несколько раз сын попадался на кражах. Но если раньше он таскал вещи из дома и деньги из маминой сумочки, то в последний раз украл большую сумму у знакомых, которые пришли в гости. Кража раскрылась, и всем взрослым было страшно неловко.

Своего родного отца Виталик почти не помнил. Пять лет назад его мама второй раз вышла замуж, и они переехали из маленького подмосковного городка в огромную квартиру на Чистых Прудах, с книжными шкафами до потолка и остатками фамильного серебра в буфете. Новый мамин муж был сыном крупного ученого и сам тоже делал блестящую научную карьеру. Вскоре в семье родился младший брат. Мама была поглощена заботами о малыше и к тому же изо всех сил старалась соответствовать высокому культурному уровню своего нового окружения: читала книги, училась в вечернем институте, а через некоторое время устроилась работать бухгалтером, поскольку, несмотря на научные успехи мужа, денег в семье не хватало. Разумеется, времени на старшего сына у нее практически не оставалось.

Он с трудом привыкал к новой обстановке: плохо спал, неважно учился, был замкнутым и неразговорчивым, в отличие от своего младшего брата, купавшегося в лучах родительской любви и излучавшего ответную жизнерадостность. Единственным человеком в семье, с которым Виталик общался, была бабушка. Именно у нее он впервые два года назад украл часы. Бабушка заметила пропажу, но сделала вид, что ничего не случилось. Она вообще жалела Виталика, понимая, что не он любимец в семье. Но вскоре мальчик украл деньги из письменного стола отчима. Эта кража тоже скоро раскрылась. Отчима больше всего волновало, на что именно Виталик потратил деньги. Выяснилось, что половину он прокутил в “Макдональдсе”, а половину подарил другу, “потому что его мама медсестра и ей приходится работать даже по ночам”.

Все остальные кражи носили такой же “нерасчетливый” характер. Чаще всего Виталик дарил деньги и вещи, взятые из дому, нищим на Курском вокзале. Психотерапевт рекомендовал родителям выдавать Виталику определенную сумму на карманные расходы, а остальные деньги хранить в недоступном для него месте. Он также посоветовал раз в месяц всей семьей делать в доме ревизию: отбирать старые вещи и относить в ближайшую благотворительную организацию. А Виталика назначил ответственным за это поручение. Свою главную рекомендацию – проявлять к сыну побольше любви и внимания – терапевт почему-то так и не произнес вслух.

Попытки ребенка восстановить утраченную связь с родителями достаточно часто становятся причиной воровства. Когда родители слишком поглощены собственными проблемами, ребенок чувствует себя одиноким и заброшенным. Ему начинает казаться, что родители уделяют ему меньше внимания, чем другим детям, или что его не любят, или что к нему несправедливы. И тогда он может взять у мамы из сумки деньги или какую-то вещь, но всегда таким образом, что пропажа легко обнаруживается. Сами деньги ребенку не очень-то и нужны. Он бессознательно стремится привлечь внимание родителей, пусть даже это будет гнев, возмущение и наказание. Когда тебя наказывают, это все же лучше, чем когда тебя вообще не замечают.

Тех детей, которые с помощью воровства добиваются внимания родителей, шумные скандалы и строгие наказания лишь убеждают в правильности избранной ими стратегии. В таких случаях психологи советуют игнорировать факт воровства или отнестись к нему как к рядовому событию.

Иногда полезно вместо скандала похвалить ребенка за какие-нибудь успехи или сделать подарок, о котором он давно мечтал. Даже если в ответ на ваше великодушие ребенок не признается в краже, то он надолго запомнит ощущение стыда и неловкости.

Как воспитать бандита
Иногда родители сами подталкивают детей к воровству своими бессознательными установками. Мама 16-летнего Максима вырастила сына одна и мечтала, что со временем он станет ей опорой. Она восхищалась предприимчивыми и состоятельными мужчинами и всячески поощряла в мальчике наклонности к “суперменству”. Максим был развит не по годам, дружил с ребятами постарше и все свободное время занимался каким-то “бизнесом”.

В суть этого бизнеса мама предпочитала не вникать и гордилась тем, что сын не клянчит у нее карманные деньги. Она была потрясена, когда ее вызвал следователь и дал прослушать запись телефонного разговора ее сына с одноклассником. Максим требовал у приятеля $500, угрожая рассказать всем о его гомосексуальных наклонностях. На суде выяснилось, что основным бизнесом Максима и двух его друзей сначала были кражи денег в школьной раздевалке, которыми они промышляли с десяти лет. Потом они наладили скупку и перепродажу вещей, которые по их заданию приносили из дома младшие ребята. Самое потрясающее, что в эти махинации были вовлечены несколько десятков детей, но никто из родителей не встревожился тем, что из дома пропадают книги, компьютерные диски и драгоценности. А если и встревожился, то держал проступок своего ребенка в тайне. В результате юные бандиты почувствовали себя абсолютно безнаказанными. Они практически открыли в школе подпольный пункт по скупке краденого и погорели случайно, когда решили шантажировать своего одноклассника, которого подозревали в гомосексуализме. Они не рассчитывали, что мальчик обратится за помощью к папе. Папа записал их телефонный разговор и отнес пленку в милицию.

Многие родители хотят видеть своего ребенка сильной личностью. Однако ребенок может иметь свое представление об исключительности и выбрать для воплощения родительской мечты свой собственный путь. Например, решить, как Максим, что он слишком умен, чтобы подчиняться правилам. Иногда ребенок начинает воровать из “классовых” соображений, завидуя более обеспеченным детям и стремясь отомстить “богатеньким”. Такое возможно, например, если подобная “классовая ненависть” культивируется и у него в семье. Как правило, родители вскоре теряют контроль над юным “суперменом”. Ребенок убеждается в своей безнаказанности и начинает верить в то, что законы существуют не для него.

Профилактика
Самая простая мера профилактики детского воровства состоит в том, чтобы его не провоцировать. Например, не разбрасывать деньги по квартире, а хранить в недоступном для ребенка месте. Может быть, такое место найти непросто, зато во многих случаях подобной меры вполне достаточно.

Помимо денег, иногда начинаются проблемы с вещами. Очень часто даже в самых обеспеченных семьях дети не имеют личных вещей – то есть не имеют возможности свободно распоряжаться вещами, в том числе дарить, портить и уничтожать. И поэтому не отвечают за них. В этой ситуации ребенок не осознает разницы между “моим” и “нашим”. Он может взять из дома вещи, не воспринимая их продажу или дарение как кражу. Важно четко очертить для ребенка границу между его собственными вещами и общими, которыми он имеет право пользоваться, но не имеет права распоряжаться. Многих родителей пугает идея, что часть вещей должна быть передана ребенку в “безраздельную” собственность. Им кажется, что таким образом они потеряют действенный рычаг контроля над ребенком – например, возможность отобрать у него велосипед, если он закончит четверть с тройками. Но именно отсутствие у ребенка опыта обладания собственностью провоцирует кражи.

Эффективным способом профилактики воровства является также выделение ребенку карманных денег. Собственные деньги воспринимаются детьми с большой ответственностью. Как правило, даже семилетние дети распоряжаются регулярно выдаваемой им суммой очень разумно, а лет с девяти начинают их копить на крупные покупки, что свидетельствует об успешном преодолении своей импульсивности. Поэтому из тех значительных сумм, которые тратятся на ребенка, стоит часть выдавать на руки. Это позволяет сэкономить не только деньги, но и нервы.

Чего делать не нужно

1. Если кража произошла, например, в школе или детском саду, нельзя выяснять обстоятельства в присутствии других детей.

2. Не думайте о том, что, если ребенок один раз украл, – он самый настоящий преступник. Не нужно слишком упрекать его и обвинять во всех грехах.

3. Не комментируйте поступка ребенка при его братьях и сестрах или других близких.

4. Никогда не напоминайте малышу о его проступке. После того как дело прояснится, не затрагивайте эту тему даже в шутку.

Источник: «Коммерсантъ. Власть», kid.ru

Кадр первый. “Посмотри внимательно, – говорит мама 11-месячному малышу. – Это истребитель марки Mirage, выпускаемый фирмой Dassault”. Ребенок внимательно слушает мамин голос. Эта продвинутая женщина занимается с ребенком по системе Глена Домана. Главное в этой системе – постоянные занятия по карточкам, выписанным из мировой энциклопедии. И на карточках не просто дядя, а, к примеру, первый президент Америки Джордж Вашингтон. Сторонники Домана и сам автор уверяют, что благодаря этим карточкам родители закладывают в мозг ребенка обширнейшие энциклопедические знания, которые потом “всплывают” просто на автомате.

Кадр второй. Шестнадцать лет спустя этому же ребенку показывают карточку этих же самолетов. “Понятия не имею, что это такое, – говорит подросток. – В первый раз это вижу”. Так стоит ли игра свеч?

Термин “раннее развитие ребенка” появился сравнительно недавно. В России первыми экспериментаторами была семья Никитиных. В Америке большую популярность обрела система Глена Домана, в Италии – Марии Монтессори, в Японии – Масару Ибука. Все эти люди сходились в одном – существующая система образования в корне неверна. Если с детьми не заниматься с самых первых дней жизни, то потом будет поздно. И вот младенцам рассказывают мировую историю, учат иностранным языкам, рассказывают, как правильно сложить дроби. Скептики криво ухмыляются и с пеной у рта доказывают абсурдность и даже вред всех этих действий. А детишки у таких родителей демонстрируют перед камерой знание Шекспира в 5-летнем возрасте, складывают “мама” из кубиков Зайцева в семь месяцев, играют на скрипке в три года. Гениальность или дрессировка?

Все базовые идеи раннего развития строились на одном факте – мозг человека растет и развивается только в самом раннем детстве. Если быть точнее, то до трех, иногда пяти лет. И если в этот период не объяснить ребенку, кто такой первый президент Америки, то потом это же самое в него придется вдалбливать долго и упорно. Иначе говоря, пятилеток всегда легче научить, чем шестилеток, четырехлеток – чем пятилеток, трехлеток – чем четырехлеток и т. д. Но все-таки к теориям раннего развития, как и ко всему остальному в этой жизни, надо походить с позиций здравого смысла.

Вот несколько постулатов, на которых строят свои умозаключения сторонники раннего развития. С некоторыми из них нельзя не согласиться, другие же вызывают серьезные сомнения.

АКТИВНАЯ ИГРОВАЯ СРЕДА ВЛИЯЕТ НА МОЗГ
Факт. Научно доказанный на крысах. У тех животных, которым поставили яркие красивые домики, повесили кольца, поставили лабиринты, объем мозга увеличился на 25%! То же самое, как считает наука, происходит и с человеком. Покупая ребенку красивые, развивающие воображение игрушки, вы не просто так тратите деньги, а вкладываете их в выращивание гения. Помните только, что нет смысла покупать игрушки и хранить их в коробке под замком – вдруг ребенок поломает? Ваша задача обеспечить свободный доступ к этим игрушкам для ребенка. Чтобы он с самого раннего детства сам мог выбирать, чем заняться. В идеале у ребенка должны быть:

- краски (для совсем маленьких существуют пальчиковые краски), пластилин, цветная бумага, безопасные детские ножницы, клей

- конструкторы

- мячи

- спортивный уголок (горка, шведская стенка, качели, батут, маты)

- ролевые наборы (кухни, кукольные домики для девочек; гаражи, мастерские для мальчиков)

- музыкальные инструменты (барабан, колокольчики, бубны, детские синтезаторы)

- мягкие игрушки (только не надо с ними перебарщивать).

Поверьте, нет детей, которые бы не любили играть, однако есть дети, которых этому не учат родители. Надо показать как, поиграть немного вместе, похвалить за результат. Кстати, самую оптимальную с этой точки зрения организацию детского пространства можно найти в работах Марии Монтессори. Основной упор она сделала на зоны: спортивная, сенсорная (здесь должны быть предметы разной фактуры, вода, массажные мячики, коробочки с разными запахами и т. д.), игровая.

ЧЕМ РАНЬШЕ НАЧАТЬ УЧИТЬ РЕБЕНКА ИНОСТРАННЫМ ЯЗЫКАМ, ТЕМ ЛУЧШЕ
Не совсем факт. Большинство детских психологов склоняется к тому, что минимальный возраст, когда нужно учить ребенка иностранным языкам – 5-7 лет. То есть не раньше, чем ребенок уверенно заговорит на родном языке. Тем временем сторонники теории раннего развития советуют учить иностранный с пеленок. Кто прав? Уже известно, что ребенок, которого пытаются сразу с рождения учить двум и более языкам, начинает говорить позднее своих сверстников. Это понятно. Стремясь к билингвизму, родители слишком перегружают мозг малыша. И ребенок никак не может разобраться со словами, предложениями и т. д.
Некоторые психологи уверяют даже, что лучший возраст для изучения иностранных языков -14 лет. Совет от детского психолога Лены Даниловой: если вам уж так хочется начать изучать иностранный язык с ребенком с самого детства, то ограничьтесь одним детским стишком. Но так, чтобы этот стишок, как говорится, от зубов отскакивал. На этот стишок потом уже в 14-16 лет ляжет вся база иностранного языка.

ЧЕМ БОЛЬШЕ РЕБЕНКУ ПОКАЗЫВАТЬ КАРТОЧКИ, ТЕМ БОЛЬШЕ ОН ЗАПОМНИТ
Вы помните самый первый пример? Так вот, судя по всему, нет смысла мучить младенцев всемирной энциклопедией. Самый большой минус теории Глена Домана – это сведение роли ребенка с творца (как у Монтессори) до слушателя. Вместо того, чтобы поиграть с ребенком в прятки, родитель-”домановец” упорно показывает карточки. Однако что-то можно взять и отсюда. Несложные карточки со знакомым предметом и его написанием помогут вашему ребенку не только пополнить словарный запас, но и раньше начать писать. А пять минут в день для игры в лото – сплошное удовольствие для малыша.

ЕСЛИ РЕБЕНКУ ВКЛЮЧАТЬ КЛАССИЧЕСКУЮ МУЗЫКУ, ТО ОН ВЫРАСТЕТ ГЕНИЕМ
Доказано, что музыка Моцарта (и только его) активизирует мозговую деятельность человека. То есть человек, послушавший Моцарта перед контрольной, решит большее количество задач, чем человек, не слушавший музыку. Это факт. А уж как им распорядиться – ваше дело. Одно помните – с музыкой тоже не все просто. Японец Масару Ибука, чья книга “После трех уже поздно” расходится огромными тиражами, предупреждал – если у матери нет слуха, лучше не петь колыбельные младенцу. Иначе у ребенка тоже не будет слуха. И сломать эту запрограммированную закономерность сможет лишь очень хороший психолог, сумевший перепеть человеку фальшивый мотив. Это во-первых. Во-вторых, не эксплуатируйте всего одну музыкальную игрушку с одним и тем же мотивчиком. Особенно это касается многочисленных подвесок для кроватки. И не забывайте, что музыка (особенно для маленьких детей) не должна быть слишком громкой. Это относится и к музыкальным инструментам.

ЗАНИМАТЬСЯ СПОРТОМ ДОМА ВОВСЕ НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО
Большое заблуждение. Очень важно дать ребенку возможность много двигаться. Вот зачем и нужны различные спортивные комплексы или просто подвижные игры. Поверьте, это куда важнее, чем иностранный язык или энциклопедические знания. Детские психологи говорят об обязательном наличии дома шведской стенки. Оказывается, возможность лезть вверх у детей стимулирует не просто умственные способности, но и веру в себя. Кто бы мог подумать, что покупая ребенку лестницу, вы стимулируете развитие лидера?

ТЕЛЕВИЗОР И КОМПЬЮТЕР ВРЕДНЫ ДЛЯ ЗДОРОВЬЯ
Интересно, а что будут говорить наши дети своим детям лет через тридцать? “Немедленно отойди от машины времени и посиди, хоть телевизор посмотри”? А наших родителей бабушки-дедушки гоняли за то, что они читали книжки. Я хочу сказать, что конечно, 12-часовое сидение за компьютером может утомить глаза и испортить зрение. Но и 12-часовое чтение книг – вредно для глаз. Так что не надо паниковать и корить себя за покупку очередной компьютерной игры. Просто попробуйте распределять время и вовремя выманивать юного компьютерщика на технические перерывы. И позаботьтесь о хорошем освещении и хорошем стуле-кресле, чтобы избежать сколиоза. А научных данных об ужасных последствиях работающего телевизора или компьютера для детского здоровья и психики нет.

Источник: kid.ru

Для того чтобы отдых удался, достаточно следовать нескольким несложным правилам.

1. Удобное расположение
В кафе всегда приятнее зайти во время прогулки, чем ехать сорок минут на метро или машине. Чем длиннее путь, тем больше вероятность, что малыш устанет по дороге.

2. Наличие детского меню
Это самый важный пункт. Узнать о наличии детского меню можно по телефону или в интернете. Если отсутствует отдельное детское, подойдет вегетарианское или диетическое меню. Не стоит проверять устойчивость детского желудка аналогами низкопробного фастфуда.

3. Спокойная обстановка
Правильный выбор времени – немаловажный элемент. Вечера с пятницы по воскресенье – традиционные часы пик практически во всех местах общественного отдыха. Для семейного похода, особенно если он первый, лучше выбрать время поспокойнее. В выходные это период примерно с 12 до 15 часов.

4. Достаточный запас времени
На отдыхе торопиться нельзя, от этого отдых портится. Рассчитайте время так, чтобы ребенок успел осмотреться, привыкнуть к обстановке, перекусить и немного развлечься. Не торопите малыша: для него это новые впечатления, которые так хочется продлить.
Поход в кафе можно превратить в полноценный практический урок социализации, этикета, математики и многого другого. Задача родителей – помочь малышу сформировать основы восприятия и поведения в общественных местах, подсказать и объяснить, показать пример для подражания.

Чем можно заняться в кафе?
Учить новые слова – по сервировке стола, предметам интерьера, блюдам, профессиям.
Учиться считать – сколько столовых приборов, какие именно у каждого из вас, сколько стульев вокруг стола, сколько столов. Учиться правильно пользоваться столовыми приборами, а сказочное объяснение правил этикета можно тут же придумать всем вместе.
А какой простор для знакомства с хорошими манерами!

Можно и нужно пообщаться с обслуживающим персоналом, рассказать малышу, почему так важно говорить «пожалуйста» и «спасибо». Если у вас мальчик, научите его быть обходительным за столом, пусть ребенок сам попробует сделать что-то несложное – передать хлеб или салфетки.

Куда отправиться?
Москва
Кафе «Дом оранжевой коровы»
www.ogogorod.ru
Самый настоящий детский клуб с игровыми площадками.

Санкт-Петербург
Ресторан «Макаров»
Приятный ресторан с правильным меню и вежливым персоналом, куда можно отправиться всей семьей.

Нижний Новгород
Пиццерия Pronto Pizza e Pasta
www.prontopizza.ru
Здесь будет чем заняться маленьким гостям, и без подарка они не уйдут.

Екатеринбург
Сеть семейных кафе «Грильяж»
www.cafegrilage.ru
Здесь не только вкусно кормят, тут с малышами занимаются настоящие воспитатели.

Источник: Марина Давыдова, WomanJournal.ru

«Необходимо учиться жить в коллективе»
и связанный с этим миф
«В жизни встретится со всяким, надо быть готовым»
Если речь идет о мальчике, то часто в пример приводится служба в армии! Ну, о необходимости всеобщей службы в армии можно поспорить (все мы знаем, как многие родители стараются защитить чадо от этой «школы жизни»). Но ведь в армию-то отправится 18-летний парень, почти мужчина, имеющий приличный жизненный опыт. Даже воспитанный в тепличных условиях юноша к этому возрасту видел, слышал, прочел и пережил немало. Общался с самыми разными по возрасту и положению людьми, наконец, физически не уступает всем окружающим. А в садик идет трехлетка (двух-, четырех-), который еще не способен в полной мере понимать других людей, адекватно реагировать на различные ситуации. И не столько от отсутствия опыта, сколько в силу психоэмоционального развития. К тому же ребенок полностью зависим от окружающих его взрослых и просто физически не способен отстоять свои права.

Ребенку-дошкольнику для формирования уверенности в себе и в окружающем мире еще так необходимы мамина безусловная любовь и защита. Но на деле в детском саду ребенок зачастую именно беззащитен и бесправен в течение целого дня, и мама, вероятно, никогда даже не узнает всего, что с ним происходило.

Несколько цитат с форума сайта “Сибмама” по этому поводу. Это слова уже взрослых людей, достаточно объективно оценивающих происходившее.

«В яслях я плохо ела, и меня постоянно окунали лицом в еду, которую я не ела… До сих пор помню, как я плакала, когда папа оставил меня в группе (в окно было видно, как он уходил)… Я была тем ребенком, который перекусал всю группу…
Я не спала в сончас… за это мне завязывали глаза или привязывали к кровати и оставляли на час еще после сон часа (и таких же несчастных, не желающих спать) и, самое для меня страшное, ставили в угол в спальне старшей группы и они все надо мной смеялись… Заставляли есть и многих детей рвало, а мы смеялись…
Однажды воспитательница пообещала зашить мне рот… И долго вдевала нитку в иголку и даже уже начала подносить ко рту (вот тогда я не сдержалась и просила прощения), до сих пор помню… поверила тогда… Был у нас в группе мальчик, который дрался… Однажды воспитательница завела его за веранду, где держала и мы всей группой его били!!!
Жутко стеснялась, как в яслях, так и в саду, делать “свои дела” в общем туалете… Ничего этого я маме не рассказывала, так как была уверена, что эти “наказания” заслужены и мне еще и от мамы попадет. Один раз мама пришла пораньше и услышала, как воспитательница мне угрожает, ну а я сижу, молчу. Я какое-то время считала, что взрослым можно все делать с детьми – угрожать, стыдить, принижать. Своим сейчас говорю, что ни в коем случае не разрешайте унижать себя, рассказывайте нам все, что вам не нравится в садике. После маминого визита ту воспитательницу уволили».

«Вот уже больше месяца я сама вместе с дочей пошла работать в садик воспитательницей. Поварилась, так сказать, изнутри в этой системе. И мнение мое очень изменилось. Нечего делать в саду ребетенку минимум до трех лет, а в идеале – до пяти-шести. Занятия – это такие крохи по сравнению с колоссальным стрессом, о котором мамы, стоя на пороге группы, даже не догадываются. Одни жестяные горшки, ледяные после каждого проветривания, чего стоят.
Да, адаптационные способности детей почти безграничны, да, они привыкают и к суете, и к какофонии звуков, и к режиму, и к холодным горшкам, и к манной каше. Но мне очень сомнительно, что это нужно детям. Большинство мам все-таки оценивают садик\группу\воспитателя извне. Естественно, от самоотдачи и глубины души воспитателя зависит очень многое. Но, повторюсь, даже самый лучший воспитатель не изменит основных условий обитания в саду. Вы представьте себе – постоянный гул двадцати очень звонких голосов в ограниченном помещении. Сколько неподготовленный взрослый сможет это выносить? И самый заботливый воспитатель вряд ли сможет нагреть жестяные горшки».

Конечно, приходя в детский сад, мы видим красивые детские рисунки-поделки, яркие шкафчики. Слышны веселые голоса, музыка; доносится запах компота и булочек… Да и, признаться честно, оставив ребенка в группе, мы знаем, что о нем позаботятся, он будет сыт и в безопасности – и чаще всего так и есть. Но все же мы, родители, видим все только со своей позиции, не зная, что чувствует и переживает наш ребенок.

Далее, вместо того, чтобы принимать своего малыша со всеми его особенностями и плавно корректировать их, если нужно, мама зачастую вынуждена, что называется, «строить» его в соответствии с требованиями воспитателей. Страдают как медленнее развивающиеся в физическом или интеллектуальном плане дети, так и опережающие в развитии сверстников. В первом случае – они становятся объектами насмешек других детей и упреков воспитателей. Во втором – возможны варианты от плохого поведения, проказ (от скуки) до даже некоторой деградации. Страдают медлительные и, наоборот, чересчур подвижные. Что поделаешь – все вынуждены подстраиваться под общий темп, режим, уровень:

«Занятия. Мне было неинтересно на них, я уже умела и читать с 4 лет, и писать, и считать».

« Я не верю, чтобы воспитатель мог подходить индивидуально к каждому из своих питомцев (а их – от десятка и больше). Нет для этого условий в наших группах, нет для этого времени и людей. Поэтому и тот ребенок, который медлителен от природы и хочет просто побеседовать, и тот, у которого моторчик в попе, и он хочет бегать – будут в нужный момент делать то, что нужно. И у первого не будет времени на раскачку, как могло бы быть дома, – его потащат за руку. А у второго не будет возможности переключиться, остановиться – его тоже потащат. Да, этому, безусловно, нужно учить детей – делать то, что нужно в нужный момент. Однако и два, и три года для беспрекословного подчинения – рано».

«Даже будучи мамой четырех детей, вроде давно чувствующей себя уверенно, перед воспитателями часто приходилось оправдываться. За то, что мой ребенок ходит в плохо подтянутых штанах (в саду, где я этого не вижу), что не спит днем (не приучила), что медленно одевается (а дома нормально…) и т .д. И постепенно начинаешь недоумевать: я действительно ошибалась, считая, что у меня умный, спокойный и адекватный ребенок, а я хорошая мать? Есть такая тенденция – перекладывать на родителей ответственность за все, что не получается у воспитателей-учителей».

Говорить “надо учиться жить в этом мире” про ребенка лет до 6-ти – просто жестоко, если только у самого ребенка нет сильного желания быть в коллективе. Взрослея, он уже усваивает в какой-то мере моральные нормы семьи, и идет в коллектив с ними. Конечно, ребенок способен отличать добро от зла. Но ему надо чаще всего в этом помогать – в 4 года, по крайней мере. А о происходящем в садике мы, увы, не всегда все знаем, и влияние иногда узнается только тогда, когда глубоко пустило корни.

К семи же годам ребенок значительно более развит во всех отношениях – интеллектуально, эмоционально, физически. И те же ситуации, конфликты, которые трехлетке «не по зубам», способны разрешать более успешно.

«А как он будет общаться в школе, если до этого не научился быть в коллективе?»

Вот еще несколько высказываний мам на тему «моральной готовности» к школе.

«Дело в том, что раньше даже в гимназии отдавали с 9 лет. Одно дело, если ваш ребенок в 4 года узнает про разных отрицательных героев, выучит разные “добрые слова”, узнает интересные подробности (я хорошо помню, чем занимались дети в тихий час), и совсем другое дело, когда ребенок приобрел в семье закалку, моральную, если хотите, и с этим идет в школу в 7 лет. Некоторым и в 7 рано. Да, мы не можем их изолировать, но мы можем приостановить влияние этого мира. Если бы была возможность, я бы не отдала своих детей в 7 лет в школу».

« И я сама, и мои дети попадали в саду в сложные ситуации, и как-то выбрались. Все по-разному выбирались и с разной степенью душевных страданий – видимо, действительно, в зависимости от типа личности и внутренней силы. Но я отлично знаю чисто “домашних” детей – и точно знаю, в школе им не хуже! Они пришли туда уверенные в себе, открытые к миру, а не приготовившись дать сдачи заранее. И в хорошей школе эти навыки “дать отпор, постоять за себя” не особо и нужны, а будут нужны – семилетнему объяснить, как лучше действовать, намного легче, чем малышу».

«Абсолютно точно, что в 7 лет проще объяснить, что правильно, что нет и главное, почему не все и не всегда делают это “правильно”. И потом психика у семилетки более устойчива. А 2-5 лет – самый восприимчивый возраст в плане поведенческого воспитания. То есть ребенок не понимает, но впитывает как губка. Я лично предпочитаю, чтобы мои впитывали под моим присмотром. А сад – это дистанция между мной и моим чадом. Хорошо, если повезло с педагогами и детьми в группе, но чтобы в комплексе – это, простите, утопия.
И еще я считаю, что до определенного возраста, а это, как правило, до 5- 8 лет, дети очень нуждаются в маме. Я не знаю, как объяснить, в подпитке что ли, в формировании твердой уверенности в том, что мать всегда рядом и поможет и поддержит если надо. Ведь не я придумала, что на отношении мать-дитя строится вся дальнейшая жизнь нового человечка. И если у него твердая почва под ногами (опора в виде мамы) в раннем детстве, то дальше ему намного проще продвигаться по жизни. И говорить “нет”, и отстаивать свою правоту, и выражать сочувствие и т. д.».

«Что касается коллектива. В младших группах детсада его нет как такового. И нет никаких “законов поведения в обществе”. Дети двух с половиной лет не понимают никаких законов, основанных на целесообразности. Они просто подчиняются (когда привыкнут подчиняться) взрослому. А дружить – не дружить, понимать внутренние связи среди сверстников они учатся гораздо позже. Причем вне зависимости от того, когда пошли в сад».

«Необходимость социализации»
То есть имеется в виду умение жить в обществе, чувствовать себя его членом и взаимодействовать с окружающими. Это понятие трактуется словарями как «процесс усвоения индивидом …системы знаний, норм и ценностей, позволяющих ему функционировать в качестве полноправного члена общества; включает как целенаправленное воздействие на личность (воспитание), так и стихийные, спонтанные процессы… ». Но позвольте – и в семье подобный процесс будет идти, причем родители смогут влиять и на «стихийную», и на «целенаправленную» его часть. При этом модель мира, идеальных отношений и представлений, конечно, у ребенка будет несколько иная. И, быть может, вырастет поколение детей, для которого детский сад не будет необходимым элементом в системе норм. Если же говорить просто о недостатке общения со сверстниками, то его нетрудно восполнить во дворе, при общении с друзьями семьи, с родными, в тех же кружках и секциях.

Цитаты с форумов.
«Социализация, то есть общительность и умение находиться в коллективе, зависит не от раннего отдавания в сад. Она зависит прежде всего от натуры и склонностей самого ребенка и от стиля жизни его родителей. Если в семье нет привычки принимать гостей, общаться с друзьями, обсуждать всем вместе какие-то жизненные ситуации и т. д., то, как бы рано не был отдан ребенок в сад, вряд ли у него появятся навыки позитивного общения».

«Социализация в возрасте, по крайней мере, до 4 лет – это утопия. Нет коллектива, а есть более или менее выдрессированная стайка детей. И никто, ни в одной “садиковской” теме мне не ответил пока: ну зачем для социализации находиться с большим количеством ничем, кроме возраста, не объединенных людей на протяжении 9 -10 часов (больше, чем рабочий день!), спать с этой кучей народа, сидеть рядом на горшке. При этом совершенно без прав и без связи с родными людьми, без возможности уйти. Где мне это потом пригодится? Армия разве что, так до нее далеко».

«Не соглашусь, что, воспитывая ребенка дома, я оказала ему медвежью услугу. Ну не растила я его и не ращу в оторванности от внешнего мира, но хочу сама объяснять ему дорогу в этом мире.. Отношения с окружающими он учился и учится выстраивать сам (отсутствие детсада, кстати, для нас не означало отсутствие общения с детками), я могу помочь советом, подсказать решение проблемы, но я не бегаю в школу при любом конфликте и не начинаю выяснять отношения с его одноклассниками. Считаю своей заслугой его умение купировать ссоры без использования кулаков».

«В саду дети регулярно занимаются, дома не обеспечить такое всестороннее развитие»

Тут возразить трудно: да, редкая мама может, хочет и имеет возможность заниматься с ребенком дома музыкой, физкультурой, лепкой, рисованием, математикой, чтением. Однако так ли необходимо делать это именно в формате занятий в раннем возрасте, лет до пяти? Вполне достаточно на этом этапе просто предоставить ребенку возможность познакомиться с пластилином, красками, буквами. Любая мама может почитать книжку, объясняя новое, и спеть песенку, или включить запись. А ближе к школе – большой простор в выборе кружков, секций на любой вкус. По опыту знаю, что, скажем, в районном доме творчества в кружке рисования уровень преподавания намного выше, чем в саду. Та же ситуация с музыкальными занятиями. А уж про спорт и говорить нечего. Редкий детсад предоставляет действительно приличный уровень всех занятий. Тренер, музыкант, художник, учитель уделит внимание лично каждому ребенку и с большим эффектом от занятий. Кроме того, стоит подумать: а нужны ли вашему ребенку, скажем, занятия музыкой, если он не любит петь, танцевать и на каждое занятие идет с неохотой? Может, лучше было бы это время провести иначе, например, поиграв в шахматы или конструктор? В саду же никто не спросит о вкусах и желаниях (как, впрочем, и в еде).

Вот воспоминания выросших детсадовских детей.

«Помню, как выучила целую роль для утренника, знала лучше всех, но мне ее не дали. А дали девочке, которая не могла запомнить четверостишье… вообще никогда не брали выступать».

«Еще помню занятия прикладным творчеством. Мои заботливо выращенные из попы ручки не были способны ни лепить, ни рисовать толком, ни аппликации делать, поэтому меня часто ругали воспитатели».

«Обучение же детей раннего возраста не проблема. Помимо всяческих групп, кружков и студий существует великое множество методической литературы, по которой любая мама, умеющая читать и желающая развивать свое чадо, может легко с этим справиться. Не думаю, что в саду при 20-28 детях в группе процесс обучения будет более продуктивен. Кроме того, до школьного возраста необходимо привить ребенку охоту и привычку заниматься спортом (или танцами). Это как раз для того, чтобы меньше болели в школе».

И напоследок, так сказать, про все в целом:

«Помню забор из металлических прутьев, за ним – дом. Стоишь с подружками, смотришь сквозь забор. Ждешь маму”.

Источник: www.sibmama.ru

Вот что по этому поводу думает Галина Белозуб, психолог Городского центра планирования семьи из Санкт-Петербурга:

Я знаю немало молодых семей, в которых дети ощущают себя вполне счастливыми, несмотря на то, что их родители «пропадают» на работе. И если бы маленькие дети могли выразить свои чувства в словах, они поделились бы секретом своего счастья: «Мама и папа у меня очень хорошие. Я знаю, что я для них самый главный человек на свете. Я постоянно чувствую их внимание и заботу. После работы они играют со мной, всегда находят время, чтобы выслушать меня. Я никогда не чувствую себя лишним. Выходные мы всегда проводим вместе. Я чувствую, что любим». Это в идеале, на деле, конечно, все не так просто.

УЧИТЬСЯ ОБЩЕНИЮ
Довольно часто в своих суждениях мы руководствуемся расхожими мнениями. Вот я, например, всю жизнь ненавидела загорать. Но, не дав себе труда осмыслить всеобщее мнение, что отдых — это неизбежная поездка на юг в самое пекло, я все-таки тащилась туда и мучилась положенные две-три недели. Хотя моему сердцу гораздо милее пасмурные дни и привычный северный климат, а больше всего на свете я люблю собирать грибы! Также и многие родители, а особенно бабушки и дедушки считают, что самое главное, чтобы рядом с ребенком всегда находился взрослый, который опекал бы его, кормил и учил жить. Давайте подумаем, так ли это важно, и свежим взглядом посмотрим на эту проблему. В каком объеме ребенку необходимо общение со взрослыми? Напомним, что до трех лет он еще не умеет играть со сверстниками. Для малышей игры — это игры рядом, а не совместная деятельность. Поэтому действительно лучше, если до этого возраста ребенок будет находиться с кем-то из родителей. Но в три-четыре года у ребенка пробуждается интерес к другим детям. И начиная с пяти лет он вступает в период, когда ему уже необходимо постепенно выходить за рамки родительского окружения. Важно создать для него условия, при которых он сможет учиться общению с новыми людьми. Дошкольное детство и младший школьный возраст — важные периоды развития коммуникативных навыков. Пластичность психики ребенка в этом возрасте позволяет ему без особых усилий и травм осваивать принцип разумного эгоизма. Ребенок от рождения эгоцентричен. Он ощущает себя центром вселенной и ждет от других заботы о себе, потому что сам о себе позаботиться пока еще не может. Поэтому он не умеет учитывать интересы и потребности других людей. Когда же ребенок попадает в среду сверстников, неизбежно возникает столкновение его собственных интересов и потребностей с потребностями и интересами других. И что особенно важно — не взрослых людей, а детей, таких же, как он сам. Общаясь со сверстниками, ребенок знакомится с принципом рационального эгоизма: мне выгодно быть добрым, отзывчивым, веселым, то есть поступать с другими так, как я хотел бы, чтобы поступали со мной. Так он постигает принцип симметричности общения. Что же касается общения ребенка с родителями, то оно всегда асимметрично: ответственность за контакт несет взрослый.

ПОСЛЕДСТВИЯ ГИПЕРОПЕКИ
За время консультативной практики я пришла к выводу, что ребенок, к которому вплоть до окончания школы была «приставлена» любящая мама или бабушка, не приобретал во время столь необходимые в жизни коммуникативные навыки. Впоследствии, став взрослыми, такие дети сталкиваются с большими трудностями. Так, например, очень послушная девочка, чрезмерно опекаемая мамой, став взрослой, постоянно стремится занять подчиненную, зависимую позицию, болезненно зависит от мнения других людей, боится начальства. У мальчика, за которым бдительно «следили» мама и бабушка, сложно проходит процесс половой идентификации. То есть, проще говоря, его поведение вряд ли можно назвать мужским. К чему я все это говорю? А как раз к тому, что далеко не всегда в семьях, в которых родители посвящают всю свою жизнь воспитанию детей, вырастают благополучные дети. Скорее, наоборот. Иногда родители так и говорят: «Я живу для своего ребенка». Бывают и крайние варианты: «Я всегда жила жизнью сына, теперь буду жить жизнью внука». Прошу прощения, а чьей жизнью жить внуку, если его жизнью уже живет кто-то другой? Такой подход нарушает законы природы, гармонию мира, а следовательно, приводит к всевозможным патологиям. Родители должны жить своей жизнью, иметь свои потребности и увлечения, уделяя при этом внимание развитию интересов и удовлетворению потребностей своих близких. Поэтому, по моему глубокому убеждению, законы природы в полной мере соблюдаются в семьях, где родители (и мать, и отец) работают. В животном мире, от которого мы не так уж далеки, родители опекают детеныша до определенного возраста. А если опека продолжается слишком долго, то она, по мнению Виктора Гюго, превращается в узурпацию.

БЫТЬ ИНТЕРЕСНЫМ СВОЕМУ РЕБЕНКУ
Еще один весомый довод в пользу работающих родителей: дети всегда хотят гордиться своими папами и мамами! Как счастлив ребенок, который может сказать, что его мама — врач, а папа — летчик! Взрослея, сын или дочь хотят видеть в своих родителях профессионально состоявшихся людей. Интересный человек — это человек, который имеет увлечения и цели в жизни. Родители, которые не работают, невольно паразитируют на жизни ребенка, перенося цели и интересы ребенка в свою жизнь. А когда их сын или дочь вырастают и пытаются начать жить самостоятельно, то нередко такие родители воспринимают это как катастрофу, а иногда и как предательство. Сколько мне доводилось видеть таких крушений за годы практики.

ЕСЛИ МАМА НА ХОЗЯЙСТВЕ

Уважение к женщине закладывается в семье. Что является типичным для семей, в которых отец полностью поглощен работой, а мама «брошена» на домашнее хозяйство? У домохозяек, как правило, низкая самооценка, в частности, потому, что не видны результаты их работы. Многие мужчины считают, что домашняя работа — это и не работа во все. Им кажется, что порядок в доме поддерживается сам собой, что чистые и выглаженные рубашки в шкафу — это нормально, а приготовление обеда вообще ерунда. Редко кому из домохозяек не приходилось слышать от мужа упрека: «Ну с чего тебе уставать, ты же сидишь дома». Иногда добавляют совсем уж обидное: «Ты же не работаешь», что практически означает: ничего не делаешь. Женщину, погруженную в быт, волнуют главным образом бытовые проблемы. Она пытается поговорить об этом с супругом, а ему становится скучно и он утрачивает к жене интерес как к собеседнице. Ребенок это чувствует. В результате у него может сформироваться мнение об отношении к женщине в обществе, как к человеку второго сорта.

ВИНОВАТА ЛИ Я
У работающих родителей свои проблемы, о которых я и хотела бы сейчас поговорить. Первая проблема, которая стоит очень остро, — это чувство вины, мучающее родителей из-за того, что они в силу своей занятости уделяют детям недостаточно времени. Почему это чувство появляется и как с ним справиться? Мама уходит на работу, оставляя ребенка с бабушкой или няней. Малыш, конечно же, просит ее не уходить. Маленькому ребенку непонятно это загадочное слово «работа». Для него это «черная дыра», в которой мама исчезает каждое утро. И мать чувствует себя виноватой из-за того, что ей приходится «бросать» ребенка. На самом деле она делает важное и нужное для его развития дело. Для малыша это первый урок, который поможет ему осознать, что ни один человек не принадлежит другому полностью, что и у мамы, и у него, и у всех других людей есть свои обязанности, интересы и круг общения. И чем скорее ваш ребенок это поймет, тем более адекватным он станет и тем легче ему будет адаптироваться в окружающем мире. Родителям нужно только постараться подобрать для него правильные слова. Бывает, что чувство вины у родителей возникает как защитная реакция. Им кажется, что их главная задача — обеспечить высокий материальный уровень жизни для ребенка, чтобы он мог учиться в престижной школе, отдыхать на лучших курортах. Но все равно в глубине души родители понимают, что уделяют ребенку мало внимания, а следовательно, никак не могут отнести себя к числу хороших родителей. И вот здесь чувство вины помогает восстановить уважение к себе. Да, я недодаю ребенку тепла и любви, но я хороший человек, потому что меня это мучает. Часто работающая мама, соскучившись по ребенку и чувствуя себя несколько виноватой за то, что она проводит с ним мало времени, осыпает ребенка подарками и прощает ему все шалости. «Потакание не приносит удовлетворения детям и делает их еще более алчными», — писал Бенджамин Спок.

«ОТЕЦ — ЭТО МУЖ МОЕЙ МАТЕРИ»

Нередко от работающих родителей можно услышать жалобы на нехватку времени для общения с ребенком. Но это не более чем отговорки. У вас может недоставать времени на общение с ребенком только в том случае, когда неправильно расставлены приоритеты. Зачастую мужчина считает, что его долг — это лишь материальное обеспечение семьи и чем больше он приносит в дом денег, тем лучше он выполняет свой долг. Для таких мужчин общение с «домашними» и вовсе не является чем-то значимым. Разговоры для них — пустая трата времени. А уж играть с ребенком — вообще не мужское занятие. Многие папы считают, что воспитание детей — это сугубо женское дело. Каждый из нас имеет право поступать так, как он считает нужным. Но давайте посмотрим, к чему это приводит. Мужчины, которые не заботятся об установлении контакта с собственными детьми, отталкивают их от себя, фактически превращая в чужих людей. Взрослея, дети все больше и больше отдаляются от отцов. Как мне говорят некоторые молодые люди: для меня отец — это только муж моей матери. Поэтому, если отец семейства хочет, чтобы у него сложились близкие, доверительные отношения с детьми, он должен понимать, что для этого необходимо приложить определенные усилия. Фундамент полноценного общения между родителями и детьми закладывается с первых шагов ребенка. Иначе зачем вообще тогда было заводить малыша, если в вашей семье вырастет чужой вам человек? И вины ребенка в этом нет. Он был открыт для общения, но отец своим невниманием оттолкнул его, причем, скорее всего, навсегда.

ОТ КОЛИЧЕСТВА К КАЧЕСТВУ ОБЩЕНИЯ
Жалобы матери на нехватку времени для общения с ребенком также свидетельствуют о неправильной расстановке приоритетов. Женщины часто видят свою основную задачу в воспитании детей, в удовлетворении их физических потребностей: чтобы были сыты, одеты, обуты. Когда мать звонит с работы домой своему ребенку-школьнику, то, к сожалению, редко можно услышать вопросы, касающиеся его душевных переживаний и проблем. В основном ее интересует, поел ли он, сделал ли уроки и тому подобное. Хотя, быть может, ребенку сейчас больше всего хотелось бы поговорить о каких-то своих детских, но очень серьезных для него проблемах. Но как только он заговаривает об этом, мать его перебивает: я на работе, мне некогда. Таким образом, ребенок с детства усваивает, что о своих переживаниях лучше не рассказывать, потому что они никого не интересуют. Сто раз говорилось, и я скажу, наверное, в сто первый: для каждого из нас — что для взрослого, что для ребенка — важны не количественные, а качественные характеристики общения. Любой человек получит удовольствие от общения с вами, если вы будете соблюдать эти несложные правила:
• дайте вашему собеседнику почувствовать, что ваше внимание принадлежит ему безраздельно, что ваши чувства и мысли заняты только им;
• покажите, что вы питаете симпатию к этому человеку, любуетесь им, радуетесь ему;
• открыто выражайте свои чувства и эмоции;
• разговаривайте с собеседником на значимые, интересные для него темы. Это особенно важно, если вы общаетесь с ребенком;
• выслушивайте до конца, не перебивая, и, наконец, последнее, но от этого не менее важное: не оценивайте и не осуждайте своего собеседника.

Безусловно, такое общение потребует от вас определенных энергетических затрат. Но давайте не будем жалеть энергию для собственных детей. Проведенные исследования по развитию детей работающих и неработающих матерей свидетельствуют о том, что у женщин, которые работают или учатся, дети развиваются быстрее, чем у тех, кто целиком посвятил себя дому и семье. Это объясняется не толь ко более высоким уровнем образования у работающих женщин, но и тем, что время, которое они проводят с детьми, более насыщено общением и совместной деятельностью, оно больше ценится и мамой, и ребенком. В то время как у неработающих женщин общение с малышом постепенно сводится к уходу за ним или почти полностью посвящается ведению домашнего хозяйства. Безусловно, «сколько людей, столько и мнений», можете возразить вы по этому поводу. В каждой семье вопрос о том, работать или не работать обоим родителям, должен решаться индивидуально. Помните, что главное — гармония в вашей душе. Мама, которая чувствует себя несчастной, одинокой, погрязшей в домашних заботах, не может воспитать счастливого ребенка.

Источник: Young Family

Ежедневно выполняйте вместе с ребенком какую-то рутинную работу
Когда определенные действия предсказуемы, они происходят примерно в одно и тоже время каждый день, ребенок ощущает себя в безопасности, он уверен в себе и может контролировать свой мир. К примеру, если ребенок знает, что после ванны ему обязательно будут читать детскую книгу, затем споют колыбельную, а затем он будет спать, ребенок уже понимает последовательность событий и может подготовить себя к их смене. Когда же события происходят случайно, хаотично, ребенок обеспокоен, он теряется в собственном мире, вследствие чего боится исследовать мир. Если же ребенок знает, чего можно ожидать, он полон энергии и готов исследовать все вокруг.

Предоставляйте ребенку больше возможностей для игры
Именно через игру дети узнают о себе, людях и окружающем их мире. В ходе игры дети также учатся решать проблемы (к примеру, достать мяч, который закатился под диван, одеть куклу, собрать конструктор) и развивают уверенность в себе. Так, к примеру, ребенок, который нажимает кнопку на игрушке и добивается того, чтобы зазвучала мелодия, начинает понимать, что он своими действиями может что-то сделать и на что-то оказать свое воздействие.

Предоставляйте ребенку возможность решать проблемы
Выступайте чаще в роли партнера, который всегда будет по мере необходимости готов помочь, однако никогда не отнимайте у ребенка инициативы. Если у ребенка что-то не получается, вместе разбирайте ситуацию, вместе думайте над тем, в чем проблема и как можно ее решить (но первым пусть всегда высказывается ребенок!). При решении проблемы (если только у ребенка нет никаких соображений) можно предложить несколько способов ее решения, но выбор все же оставить за ребенком. Именно принимая самостоятельно решение, ребенок развивает уверенность в себе и своих силах.

Давайте ребенку выполнять те или иные обязанности
С появлением у ребенка обязанностей (которые он способен выполнить хорошо), у него укрепляется чувство того, что ему доверяют, в его помощи нуждаются, вместе с этим укрепляется и уверенность в себе.

Хвалите ребенка за даже незначительные достижения
Хвалите ребенка за любые достижения, а для того, чтобы он о них сам не забывал, создавайте вместе с ним альбом из фото, на которых были бы запечатлены эти маленькие победы (первые шаги ребенка, как ребенок карабкается на кресло, как он впервые научился кататься на велосипеде, как впервые пошел в школу и т. д.).

Поддерживайте ребенка в его стремлении решить задачу, которая у него не получается
Если у ребенка не получается решить определенную задачу, помогите разложить ее на более простые, с которыми ребенок самостоятельно может справиться, что придаст ему спокойствия, уверенности и ощущения себя в безопасности. К примеру, если ребенок хочет научиться кататься на скейте, но боится, поставьте на скейт его любимую игрушку и прокатите ее, затем пусть ребенок прокатит самостоятельно другую игрушку, а затем с вашей помощью сам станет на скейт. Для того чтобы придать уверенности , мы можете сказать, что будете стоять рядом с ним и помогать, если ему понадобится ваша помощь. Самое главное, чтобы ребенок понял, что даже сложные задачи он вполне может решить, и не боялся доводить дело до конца.

Используйте только позитивные утверждения
Никогда не говорите ребенку фразы «тебе это не под силу», «ты этого не достоин», «тебе в силу своих способностей не стать певцом, танцором, космонавтом и т. д.», «и не мечтай об этом, это нереально». Своими отрицаниями мы с самого детства способны ограничить ребенка и посеять в нем неуверенность, что в будущем приведет к получению не той профессии, о которой ребенок мечтал, не той работы, в общем, не того, что ребенок хотел бы для себя. В воспитании следует с самого детства использовать позитивные утверждения «ты с этим справишься», «тебе это под силу», «ты способен на многое», «ты талантлив».

Источник: www.efamily.ru

Мы давно уже не удивляемся засилью дамских романов, они хорошо раскупаются и приносят издателям стабильный доход. Еще лет десять назад, удивляясь бессмысленности и примитивизму этого сегмента литературы, мы спрашивали себя: “Для кого это пишут? Кто все это читает?” Сегодня на этот вопрос ответить гораздо проще: читают, и очень многие, не из-за какой-то особой терапевтической или, как нам даже пытаются внушить, физиологической потребности женщин в таком чтении, нет. Читают именно потому, что к такому чтению приучали с детства. Читательница дамского романа — лишь вершина, итог многолетних усилий книгоиздателей: ему предшествует долгая и планомерная работа по выращиванию будущей матерой потребительницы «женского чтения».

От 0 до 7
Сегодня книгоиздательства стремятся растить своего читателя, в особенности читательницу, буквально с колыбели в прямом смысле слова. Вначале поле засевается книжными сериями типа “Колыбельные для девочек”. Все их отличие от мальчуковых состоит в том, что вместо “Ванюша” поют “Танюша”.

Затем для читательниц от трех лет предлагаются книжные серии вроде “Первые слова девочки”. Родителям внушается мысль, что, если ваша девочка вместо “мама”, “кукла”, “бабочка” говорит что-то другое, это неправильная девочка. На самом деле издатели сами заинтересованы в формировании такой нормы, опасаясь, по-видимому, что неправильная девочка, когда вырастет, не будет читать дамских романов.

Далее, после трех, следует читать “Сказки для девочек”.

Взрослый человек, знакомясь со сборниками сказок, будет немало удивлен, обнаружив, что, оказывается, “Мальчик-с-пальчик”, “Оловянный солдатик”, “Кот в сапогах” — это мужское чтение, а “Золушка”, “Красная Шапочка” и “Русалочка” — сугубо женское. Следуя этой логике, в “женские сказки” нужно включить и сказку Андерсена “Что муж не скажет, то и хорошо”: это будет педагогически верно!

Составители детских сборников с ярлыками “М” и “Ж”, точнее, “М” и “Д”, руководствуются в первую очередь половой принадлежностью главного героя. Мальчики налево, девочки направо; одним — “про колдунов и принцев”, другим — “про фей и принцесс”. Наследие братьев Гримм, Шарля Перро и Ханса Кристиана Андерсена книгоиздатели уже давно разодрали на две части (непонятно, правда, на кого работал последний, когда придумывал таких странных персонажей, как штопальная игла).

Такая маркетинговая политика (деление произведений писателя по половому признаку) вполне объяснима как желание издателей сэкономить или придумать очередной бренд, привлечь новых покупателей. Непонятно только одно: почему мальчики и девочки должны идти в сказочный мир разными, нигде не пересекающимися дорогами.

Создание сказочных резерваций — затея сомнительная и даже губительная для детской психики: ребенка таким образом подсознательно убеждают, что существа противоположного пола — люди с другой планеты. Что у них все другое, даже книжки, даже сказочные герои… Вырастет такое дитя и побежит записываться на психологические тренинги, чтобы найти взаимопонимание с этими “загадочными” существами. А может, всего-то и надо было читать в детстве одни и те же сказки?

К счастью, никто еще не отменял такое понятие, как “сопротивление материала”. Ну, назовете вы, допустим, “Денискины рассказы” Виктора Драгунского “озорными историями для мальчиков”. А этот самый Дениска возьмет и разревется, как девчонка, от жалости к старому плюшевому мишке, которого экономные родители предложили использовать вместо боксерской груши. Для мальчиков это рассказ? Для девочек? Скорее всего для тех, кто понимает.

Фейская вечеринка
“Все девочки мечтают стать принцессами” (вариант: феями) — издатели берут на вооружение расхожий стереотип и понеслось. Если ты фея, то для тебя — “Приключения серебряных фей”, “Полеты с фиолетовой феей”, “Моя самая прикольная книжка. Стильные советы, как устроить фейскую вечеринку” и т. д. Если ты принцесса — твой выбор поистине безграничен: “Дневник принцессы”, “Тайны московской принцессы”

“Барышня и два принца”

“Истории о первой любви для маленьких принцесс”, “Что надо знать о принцах?” (как выясняется, всего-то и надо знать, что принцы бывают: А. Плохие. Б. Хорошие. В. Заколдованные — это на самом деле пункт А, имеющий шанс перейти в пункт Б).

Существуют ли противоядие против этой клишированной заразы? Сражаясь с приторно-сладким образом девочки в литературе, Астрид Линдгрен давным-давно сочинила свою “Пеппи Длинный-Чулок”. Генрих Сапгир поиграл в “гламур наоборот”, написав известное стихотворение про ужасную принцессу и людоеда, отказавшегося есть такую гадость. Есть, наконец, в мировой литературе “Козетта”, “Хайди” (последнюю Марина Цветаева числила среди своих самых любимых детских книг).

Большие тети о “маленьких женщинах”
Но вот наши девочки немножко подросли. Проверенных временем “Робинзона Крузо”, “Тома Сойера”, “Всадника без головы” и “Пятнадцатилетнего капитана” им не предлагают по определению — это чтение для мальчиков. А наших героинь лет с 8-10 приучают к тому, что они — “маленькие женщины” (есть такая серия в одном уважаемом издательстве; справедливости ради надо признать, что на фоне других эта серия наиболее читабельна).

Но не будем ханжами: действительно, в определенном возрасте мальчишеские игры уже не кажутся девочкам такими соблазнительными, как героине катаевского “Цветика-семицветика”, и они действительно испытывают потребность в “своей” литературе. Только где же она? Еще в начале ХХ века Корней Чуковский называл “фабрикой ужасов” не готические повести о призраках и вурдалаках, а книги очень популярной в то время у девочек Лидии Чарской, набившей руку на описаниях смертельных болезней, пожаров, разбойничьих нападений, обмороков и конвульсий.

Впрочем, полистай Чуковский современных последовательниц Чарской, он, может быть, и пощадил бы несчастную писательницу. В современных сериях “только для девочек” и чувств-то маловато, они создаются по принципу “одна книга — одна проблема” (“новенькая в классе”, “лучшая подружка уехала далеко”, “тяжело быть старшей сестрой”, “когда родители разводятся” и т. д.).

“Маленькие женщины замужем”
На заключительной стадии подготовки “правильных” читательниц предлагаются “любовные романы для девочек”. Они подразделяются на множество типов: школьные (“Любовник из 9 “Г”"), летние (“Отдых на море обещал быть классным, если бы не высокомерный Юра!”), астрологические (“Инка не верила в астрологию, пока…») Если что и отличает язык этих романов от взрослых “лав стори”, так это сленговые междометия “ну, клево”, “ну, круто”, “ну, зашибись”. Как ненавистен должен быть некоторым издателям Дж. Барри, придумавший “Питера Пэна” — мальчика, не желавшего взрослеть, да еще соблазнявшего своей упаднической философией девочку Венди! Ведь юным читательницам нужно как можно скорее расстаться со своими детскими фантазиями и стать похожими на взрослых тетенек, для которых понаписано столько прекрасной макулатуры!

Впрочем, и классику еще никто не отменял. Пушкин — наше все, ученье — свет, а неученье — тьма. Издательство “ЭКСМО” запустило серию “Классики о любви для девочек”, в абсолютно мракобесном оформлении, как говорится “в жутких розочках”. Вот они:

По логике, для мальчиков следовало бы запустить серии “Классики о войнушке” (М. Ю. Лермонтов. “Бородино”) или “Стрелялки для пацанов” (А. С. Пушкин. “Евгений Онегин”). А столько еще чудных проектов можно придумать на классическом материале — с обязательным делением классики на М и Ж!

“Понимаю, что должны быть мужские и женские туалеты. Но к литературе это, по-моему, не подходит”,— говорила Анна Ахматова. Лучше и не скажешь.

Источник: журнал «Огонек»

1. Прежде всего, можно предупредить малыша: “Сейчас я буду ругаться”. Может быть он перестанет делать то, что вас злит. Или хотя бы успеет убежать и спрятаться.

2. Придумайте ритуальные слова, которые будут звучать смешно и нелепо, но вместе с тем подскажут малышу, что лучше отложить на потом курощение и низведение. Только прежде чем кричать: “Ухи оборву” или что-то другое, убедитесь, что ребенок не воспринимает угрозу буквально.

3. Говорите о себе, а не о ребенке. Многократно повторяйте, что вы чувствуете, не ссылаясь на того, кто в этом виноват. Это очень хороший пример для ребенка и, возможно, он в следующий раз тоже скажет “Я злюсь!” вместо того, чтобы кидать игрушки об стену.

4. Если вам так уж хочется обозвать ребенка, оставьте при себе всякие “балбес” и “бестолочь” и придумайте свое ругательство. Например, скажите ему: “Ах ты, трикапулька басюлька!”.

5. Дойдя до точки кипения, начинайте стучать половником о кастрюлю или деревянной скалкой по подоконнику. Это может быть не только сигналом вашим домочадцам, но и хорошим способом избавиться от негативных эмоций.

6. Всегда есть опасность обидеть, сказать в сердцах что-то опасное, что ребенок примет как правду. Поэтому разозлившись лучше рычите. Или войте. Удивительно, но такой способ выражения злости и раздражения выходит более человечным.

7. Не обязательно повышать голос, чтобы объяснить ребенку, что вам очень хочется его отшлепать. Скорчите страшную рожу или проведите воспитательную работу в форме пантомимы.

8. Попробуйте ругаться шепотом.

9. Уйдите в другую комнату и там выскажите все, что думаете дивану или табуретке.

10. Вспомните, сколько раз в жизни вы сдерживали злость и раздражение из-за страха увольнения, боязни одиночества, общественного мнения. Теперь сделайте это из-за любви.

Источник: “Оранжевая лягушка”